К вопросу о потенциальном правовом регулировании осуществления технического и авторского надзора за проведением работ по сохранению объектов культурного наследия

Актуальность темы исследования обусловлена закрепленными в Конституции РФ и Федеральном законе от 25 июня 2002 г. № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» (далее – Закон об ОКН) взаимонаправленными положениями, сочетающими требования по сохранению объектов культурного наследия (далее – ОКН) с гарантиями предпринимательской деятельности, свобода которой может быть ограничена исключительно в общегосударственных целях.

Указанная взаимонаправленность проявляется и в деятельности по «физическому» сохранению ОКН (глава VII Закона об ОКН), при которой обеспечение сохранности объектов представляет собой результат усилий частных субъектов, осуществляющих названную деятельность в соответствии с особой регламентацией (законодательство об охране ОКН), в особых целях – предотвращение разрушения или причинения ОКН вреда как уникального национального достояния [1] и в условиях особого контроля публичных и частных субъектов, в чем, между прочим, автор вновь находит доказательство содержательного дуализма понятия «охрана» [2].

Сказанное, очевидно, проявляется и при осуществлении технического (далее – ТН) и авторского надзора (далее – АН) за проведением работа по сохранению ОКН, правовая регламентация которых до настоящего времени не получила своего должного развития. Так, статья 45 Закона об ОКН констатирует, что, среди прочего, работы по сохранению ОКН проводятся при условии осуществления ТН и АН, условной правовой основой для которых служат соответствующие ГОСТы [3; 4], не обладающие, как это подчеркивал Верховный Суд РФ, императивными свойствами [5].

В связи с этим, необходимо отметить, что в настоящее время наметилась положительная динамика усилий субъектов правотворчества, направленных на устранение существующих в сфере охраны ОКН пробелов регламентации, что, относительно заявленной темы исследования, проявилось в разработке проекта приказа Минкультуры России «Об установлении порядка осуществления технического надзора и авторского надзора за проведением работ по сохранению объекта культурного наследия (памятника истории и культуры) народов Российской Федерации, включенного в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, или выявленного объекта культурного наследия (памятника истории и культуры) народов Российской Федерации, а также научного руководства проведением таких работ» (далее – Проект) [6]. Анализ Проекта, вместе с тем, показывает, что наряду с очевидными преимуществами, главным из которых надлежит назвать саму интенцию к регулированию ранее не находивших своей регламентации правоотношений, ему присущи определенные дискуссионные аспекты.

Ввиду объема публикации акцентируем внимание на некоторых из названных аспектов и отразим следующую корреспондирующую им проблематику.

Во‑первых, как и ряд ранее исследованных автором проектов [7, 8, 9], предлагаемое правовое регулирование носит временный характер (до 01 марта 2033 г.), что, с одной стороны, не в полной мере способствует стабильности гражданского оборота, поскольку, таким образом, устанавливаемые пределы должного поведения субъектов изначально обнаруживают условную нестабильность, с другой – предполагается, что выявляемая темпоральность обусловлена стремлением законодателя реализовать в определенный период времени, фактически, правовой эксперимент, который как раз таки бы и способствовал обеспечению «уравновешенного состояния» посредством нахождения оптимальной регламентации.

Сказанное видится чрезвычайно важным и для публичных, и для частных субъектов, осуществляющих деятельность в сфере охраны ОКН, поскольку, если речь идет о реализации гражданских прав (напомним здесь, что ТН и АН – прерогатива частных субъектов), то пределы такой реализации, очевидно, должны быть однозначно понимаемы как уполномоченными органами государственной охраны ОКН, так и лицами, ответственными за ТН и АН [10], в целях недопущения наступления негативных последствий и достижения обеспечения сохранности ОКН.

Во‑вторых, весьма полемичным представляется закрепление в Проекте положений, согласно которым лица, осуществляющие ТН и АН, среди прочего должны руководствоваться документами по стандартизации в области строительства и сохранения ОКН, что, не соответствует вышеприведенной позиции Верховного Суда РФ, равно как и актуализирует проблематику разработки и нормативного утверждения стандартов в области охраны ОКН.

В‑третьих, согласно общим положениям Проекта предметом ТН объявляется соответствие работ нормативным правовым актам (далее – НПА) по сохранению ОКН, что входит в противоречие с ранее отмеченными позициями о документах по стандартизации, а также, при системном толковании норм Проекта, не позволяет однозначно определить приоритет отраслевых либо общестроительных НПА.

В‑четвертых, Проект предусматривает, что периодичность и продолжительность пребывания лиц, осуществляющих ТН и АН, на ОКН определяются соответствующими договорами, заключенными между данными лицами (частными субъектами) и заказчиками работ по сохранению ОКН (частные и публичные субъекты) и, одновременно с этим, предлагает сторонам таких договоров взаимоувязывать частоту посещения объекта с видами и объемами работ.

Вместе с тем, безусловно не отрицая общие гражданско-правовые принципы свободы действий и договора, видится, что поскольку сохранение ОКН осуществляется частными субъектами не только в собственных, но и в общенациональных интересах, в чем, между прочим, проявляется особая специфика сферы охраны ОКН, минимальный порог указанной периодичности ТН и АН все же подлежит нормативному закреплению.

При этом, представляется, что сказанное, среди прочего, будет способствовать не только сохранению ОКН в публичных целях, но и, очевидно, защите интересов правообладателей ОКН (частных и публичных субъектов), заинтересованных в обеспечении надлежащего качества осуществляемых на ОКН работ.

В‑пятых, Проект указывает на возможность проведения ТН и АН, в том числе силами иностранных юридических лиц, чем воспроизводятся положения постановления Правительства РФ от 28 января 2022 г. № 67 «О лицензировании деятельности по сохранению объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации» в их взаимосвязи с нормами Федерального закона от 04 мая 2011 г. № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности».

Вместе с тем, проектная норма актуализирует не просто некоторые правовые аспекты применительно к области охраны ОКН, но, в первую очередь, концептуальную проблематику обеспечения государственной безопасности, достигаемой с использованием конкретных средств правового регулирования. Так, в условиях современного беспрецедентного внешнего давления, памятуя об особой роли ОКН как общенационального достояния народов РФ, представляется, что равноправное положение (безо всяких изъятий) иностранных субъектов в сфере охраны ОКН подлежит ревизии, при которой «водоразделом» может явиться, например, регистрация субъекта на территории того иностранного государства, с которым Российской Федерацией заключены соответствующие договоры о межгосударственном сотрудничестве.

Резюмируя полученные результаты, дополнительно отметим, что не лишенное дискуссионности, впервые предлагаемое правовое регулирование ТН и АН продолжает наметившуюся тенденцию трансформации взглядов субъекта правотворчества, направленную на более четкую регламентацию деятельности в сфере охраны ОКН, что среди прочего, способствует обеспечению баланса публичных и частных интересов, а также надлежащей и предсказуемой реализации гражданских прав.