Личностная эффективность деятельности государства: к постановке проблемы

Феномен эффективности государственной деятельности, как, собственно, и сама такая деятельность, в современный период имеет весьма многоаспектный характер. Даже простое перечисление функций государства наводит на мысль о том, что каждая из функций как основных направлений деятельности государства характеризуется своей собственной эффективностью. Более того, эффективность реализации каждой отдельной функции государства измеряется многими показателями, проверяется по многим критериям. И важнейшей группой показателей эффективности государственной деятельности в различных сферах, на мой взгляд, должны выступать показатели, имеющие личностный характер, личностное содержание. Совокупность этих показателей будет образовывать личностную эффективность государственной деятельности.

Определимся прежде всего с самим понятием эффективности государственной деятельности, учитывая большую многогранность последней, охватывающей самые различные сферы и мероприятия. Думается, при дефинировании эффективности государственной деятельности за основу следует принять целевую концепцию эффективности правовых норм, получившую распространение еще в советской юридической науке и имеющую, на мой взгляд, универсальное значение при исследовании проблем эффективности в политической и правовой системах. В этом плане следует назвать такие работы, как монографии В.И. Никитинского «Эффективность норм трудового права» [7] и коллективную работу «Эффективность правовых норм» [13], труды А.С. Пашкова, Л.С. Явича, Л.И. Спиридонова [12]. Данной концепции было уделено серьезное внимание и в ряде диссертационных исследований, в том числе в личностном аспекте. В этом плане хотелось бы привести в качестве лишь небольшого примера диссертационные работы А.А. Абрамовой «Эффективность механизма правового регулирования» [1], В.В. Груздева «Теория правового состояния личности» [3], Д.Н. Мешкова «Эффективность воздействия права на отношения личности и государства» [6].

Немало трудов в современной отечественной науке и образовательной деятельности посвящено и проблемам обеспечения эффективности государственного управления. В этом плане следует отметить учебные пособия В.В. Лобанова «Государственное управление и общественная политика» [5] и «Эффективность государственного и муниципального управления» под редакцией И.Ю. Чазова и В.Ю. Войтович [11], а также учебник В.Е. Чиркина «Публичное управление» [10]. Нельзя также не упомянуть ряд монографических исследований – коллективную монографию «Особенности публичного управления в современной России» [8] и исследование И.В. Понкина [9]. Затрагивались проблемы эффективности государственного управления и правового регулирования и в контексте конституционной реформы [2], и в плане отрицательного ракурса такой эффективности [4].

Однако, отдавая должное четкости и конкретности выводов целевой концепции относительно сущности эффективности правового регулирования и удобству ее применения к государственной деятельности, следует вместе с тем отметить, что в данном случае как бы «остается за кадром» личность как главный объект правового регулирования (хотя в литературе она иногда подменяется некоей обезличенной совокупностью общественных отношений) и как главный объект социального управления и ориентир государственной политики. И, вместе с тем, вне критической оценки остаются сами цели государственной деятельности и правового регулирования. А эти цели, несомненно, должны быть личностно ориентированы, поскольку, согласно Конституции РФ, именно «человек, его права и свободы являются высшей ценностью». При всем видимом удобстве измерения эффективности государственных мероприятий посредством целевого подхода остается вне поля зрения главная – личностная – составляющая эффективности. Очевидно, что цели такой личностной эффективности могут носить несколько неконкретный характер, а полученные результаты далеко не всегда могут быть точно измерены. Однако это вовсе не означает, что само личностное измерение эффективности государственной деятельности не имеет права на существование.

Итак, преломляя основы целевой концепции эффективности правовых норм к исследованию эффективности государственной деятельности, можно сделать вывод о том, что эффективность государственной деятельности – это соотношение между теми целями, которые поставило государство, инициируя и затем осуществляя соответствующую деятельность, и реально наступившими результатами. При таком подходе можно выделять и измерять как эффективность государственной деятельности в целом, так и ее отдельных направлений и отдельных, конкретных мероприятий государственной власти. Личностная же эффективность в таком случае должна рассматриваться как достижение поставленных государством целей в сфере развития и самореализации человеческой личности. Однако личностная эффективность вообще может рассматриваться и вне взаимосвязи с какими бы то ни было поставленными целями – как осуществление личностного развития в обществе в результате проводимой государством политики, как массовое развитие социально полезных личностных качеств. К таким качествам и их поведенческим преломлениям можно отнести духовность, взаимопомощь, благотворительность, заботу о близких, патриотизм и т.д. При этом, конечно, требует конкретизации и само использованное выше понятие «личностное развитие». Необходимо определить параметры такого развития в современный период, факторы, пути и методы реализации такого развития на данном историческом этапе.

Личностную эффективность государственной деятельности следует отличать от некоторых смежных понятий и, в частности, от личностных факторов эффективности государственной деятельности. К таким факторам можно отнести, например, доверие широких социальных слоев к государственной власти и ее мероприятиям, высокий уровень политической и правовой культуры населения, широкое распространение в обществе идей социальной консолидации и т.д.

Личностную эффективность государственной деятельности не следует также смешивать с личностной ориентированностью государственной деятельности, государственной политики. Думается, что личностная ориентированность должна стать важнейшей характеристикой как современной государственной деятельности в целом, так и отдельных проводимых государством мероприятий. И само понятие такой личностной ориентированности, несомненно, должно быть конкретизировано как в доктринальном, так и в практическом плане

Итак, личностная эффективность нуждается в детальном научном рассмотрении в качестве важнейшей разновидности эффективности государственной деятельности, в качестве ориентира государственной политики. При этом должны быть конкретизированы параметры, аспекты, факторы, пути и методы достижения такой эффективности.