Право на отзыв произведения в авторском праве России: доктринальные подходы и нормативные модели

Правовой механизм, позволяющий автору отказаться от ранее выраженной воли на обнародование рукописи, относится к числу спорных категорий цивилистической доктрины интеллектуальных прав. Его применение неизбежно порождает столкновение двух фундаментальных начал авторского права: с одной стороны, признание особой, личностной связи творца с результатом его интеллектуальной деятельности (нравственно-правовая концепция), а с другой — необходимость обеспечения стабильности гражданского оборота благ и защиты прав добросовестных обладателей исключительных прав. Право на отзыв позволяет автору аннулировать ранее принятое решение об обнародовании произведения и, в некоторых правовых системах, требовать изъятия уже распространённых экземпляров из коммерческого оборота.

Это предопределяет его двойственную природу, находящуюся на пересечении нематериальных правомочий и имущественных обязанностей.

Актуальность проведённого исследования объясняется отсутствием в отечественной цивилистике единого подхода к юридической сущности права на отзыв, а также наличием пробелов в действующей редакции ст. 1269 Гражданского кодекса РФ [2], что создаёт определённые сложности при его реализации на практике.

Юридическое оформление создания произведения связано с наделением автора системой интеллектуальных прав, внутренняя структура которых согласно ст. 1255 ГК РФ охватывает личные неимущественные права (право авторства, право на имя, право на неприкосновенность, право на обнародование), исключительное право и иные права. Произведение, рассматриваемое как отражение личности создателя, служит основой для возникновения личных неимущественных прав, характеризующихся неразрывной связью с внутренним миром автора и его эстетическими представлениями. На международном уровне базовые параметры охраны личных (моральных) прав закреплены в ст. 6bis Бернской конвенции об охране литературных и художественных произведений [1], согласно которой независимо от имущественных прав, автор вправе требовать признания авторства и противодействовать любому искажению или иному посягательству на целостность произведения, способному нанести ущерб его достоинству или репутации.

В структуре интеллектуальных прав особое место отведено «иным» правам, перечисленным в ст. 1255 ГК РФ, к числу которых законодатель отнёс и право на отзыв. В российской доктрине отсутствует единство взглядов на правовую природу данных правомочий. Часть исследователей обосновывает бинарную сущность иных прав, в которых сочетаются элементы как исключительных (имущественных), так и личных неимущественных прав [9], отмечая, что право на отзыв, являясь неотчуждаемым, тем не менее, влечёт за собой имущественные последствия в виде обязанности возместить причинённые убытки. На двойственный характер указывает и М.Б. Ковалев, подчёркивая, что правомочия на обнародование и отзыв произведения содержат как личностный, так и экономический аспекты, поскольку их осуществление непосредственно затрагивает хозяйственный оборот результата творчества [7]. А.П. Сергеев квалифицирует право на отзыв как неотъемлемую составляющую личных неимущественных прав автора и акцентирует его неразрывную связь с личностью создателя [11].

В доктрине также присутствует позиция, согласно которой все иные интеллектуальные права имеют имущественную природу, поскольку их реализация, в конечном счёте, направлена на удовлетворение материальных интересов правообладателя. Так, Г.Н. Черничкина полагает, что все иные интеллектуальные права относятся к числу имущественных и обязательственных, так как их осуществление опосредовано поведением обязанного лица, а не действиями самого правообладателя [14]. Схожей точки зрения придерживается В.Н. Лисица, полагающий, что инвестиционной сущностью в категории интеллектуальных прав наделены лишь исключительные и иные права, которые имеют имущественное содержание и могут выступать объектом отчуждения или передачи другим лицам [8].

Наиболее сбалансированным представляется функциональный подход, разделяющий иные права на подвиды: неотчуждаемые права, тесно связанные с личностью автора (право доступа, право на отзыв произведения, право авторского контроля и надзора и др.); права, переходящие по наследству и имеющие имущественный характер (право следования, право на вознаграждение за служебное произведение и др.); отчуждаемые права, которые могут свободно передаваться (право на получение патента, право на использование знака охраны) [12]. В рамках данной классификации право на отзыв проявляет признаки секундарного правомочия, реализуемого односторонним волеизъявлением автора, однако обременённого настолько значительной обязанностью по компенсации имущественных потерь, что его практическое применение становится экономически обременительным [13]. А.А. Богустов, анализируя современные тенденции развития, отмечает, что изъятие уже опубликованных материалов всё чаще выступает как альтернативный инструмент защиты интеллектуальных прав, проявление саморегуляции в научно-издательской среде, однако действующая редакция ст. 1269 ГК РФ ограничивает отзыв только необнародованными произведениями, что существенно сужает сферу его практического применения [5]. Следовательно, несмотря на дискуссионность вопроса о месте права на отзыв в системе субъективных авторских прав, очевидно, что иные права, в целом, выполняют функцию гибкого пра- вового регулятора, обеспечивающего баланс интересов в особых ситуациях, не охватываемых классическими абсолютными исключительными и личными неимущественными правами.

Сравнительно-правовой анализ позволяет выявить различные подходы к нормативному закреплению права на отзыв. Если в странах романо-германской правовой системы оно получило наиболее полное воплощение, то в юрисдикциях общего права исторически преобладает критическое отношение к признанию личных (моральных) прав. Показательным примером служит опыт Индии, где интерпретация права представляет собой сложный, многоступенчатый процесс, так как основывается как на законодательстве, так и на прецеденте, что обеспечивает «справедливое и единообразное применение законов». Так, Закон об авторском праве 1957 года (Copyright Act, 1957) [4] не содержит прямого указания права на отзыв, однако раздел 57 закрепляет «особые права» автора. Высокий суд Дели в постановлении по делу Amar Nath Sehgal v. Union of India & Anr [18] прямо разъяснил, что объём моральных прав по данному разделу включает «право автора изъять своё произведение из публикации». Кроме того, раздел 21 Закона предусматривает механизм отказа от прав путём уведомления Регистратора, что, хотя и не тождественно классическому отзыву, выполняет аналогичные функции. Индийская правоприменительная традиция (дело Pee Pee Publishers & Distributors (P) Ltd. v. Dr. Neena Khanna [17]) фактически легитимировала конструкцию договорного отзыва, не расширяя при этом формальный перечень моральных прав. Сходным образом Закон КНР «Об авторском праве» (в редакции 2020 г.) [3], перечисляя в ст. 10 личные неимущественные права (право на обнародование, авторство, изменение и защиту от искажения), не упоминает о праве на отзыв. В китайской доктрине проводится строгое разграничение неотчуждаемых личных прав и оборотоспособных имущественных. Вместе с тем, активно разрабатывается концепция «права автора на выход из договора», направленная на восстановление равенства интересов в ситуации неиспользования произведения пользователем, что сближает её с традиционным пониманием права на отзыв [15].

В ГК РФ право на отзыв закреплено в ст. 1269, согласно которой автор вправе до момента фактического обнародования произведения отступиться от ранее принятого решения о его обнародовании при условии возмещения лицу, которому отчуждено исключительное право или предоставлено право использования, убытков, вызванных таким решением. Право на отзыв связано с правомочием на обнародование (ст. 1268 ГК РФ) и может быть осуществлено только до момента выпуска экземпляров в обращение. Этот тезис подтверждается и судебной практикой: как указано в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 26.09.2024 № С01-1422/2024 по делу № А56-100397/2023 [23], правомерное введение экземпляра в гражданский оборот при осведомлённости автора исключает последующую реализацию права на отзыв.

Ограничительный вектор российского регулирования проявляется в п. 2 ст. 1269 ГК РФ, исключающем применение данного права к программам для ЭВМ, служебным произведениям и результатам творчества, вошедшим в состав сложного объекта. Подобные изъятия, отсутствующие в индийском и китайском праве, свидетельствуют о стремлении законодателя обеспечить приоритет устойчивости оборота над личными творческими интересами в указанных сферах.

Так, Решением Калининского районного суда г. Тюмени от 29.11.2019 по делу № 2-1227/2020, [22] было отказано в отзыве учебного пособия, созданного в рамках трудовых отношений, а Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 17.03.2016 № С01-90/2016 по делу № А40- 142345/2014, [20] — отказано в отзыве хореографической постановки, входящей в состав театрального представления, как сложного объекта.

Право на отзыв неотчуждаемо, непередаваемо и прекращается со смертью автора, на что прямо указано в Апелляционном определении Московского городского суда от 22.11.2018 по делу № 33-45425/2018 [21].

Ключевой проблемой реализации права на отзыв является юридическая квалификация обязанности автора возместить убытки. В цивилистической литературе обоснованно критикуется использование понятия «убытки» применительно к правомерному действию, поскольку, согласно классическому определению убытков в контексте ст. 15 ГК РФ, они выступают мерой ответственности за противоправное поведение. Действия автора по отзыву являются правомерными, следовательно, речь должна идти о компенсации имущественных потерь, понесённых контрагентом, но не о деликтной или договорной ответственности [10]. Включение в объём возмещения упущенной выгоды, имеющей вероятностный характер, создаёт непропорциональное финансовое бремя, способное свести на нет декларируемый приоритет неимущественных интересов.

Вместе с тем, полный отказ от категории «убытки» мог бы спровоцировать недобросовестное поведение авторов и сузить гарантии добросовестных приобретателей. Наиболее разумным решением видится не нормативная корректировка текста ГК РФ, а выработка единообразного судебного толкования на уровне Пленума Верховного Суда РФ, которое признало бы специфику данных «убытков», как правомерно причинённых потерь (аналог ст. 406.1 ГК РФ) и ограничило бы размер взыскиваемой упущенной выгоды исключительно неизбежными потерями по уже заключённым контрагентом сделкам.

Одной из краеугольных проблем при реализации автором права на отзыв произведения, является создание последнего в соавторстве. Согласно ст. 1258 ГК РФ, граждане, создавшие произведение совместным творческим трудом, признаются соавторами независимо от того, образует ли такое произведение неразрывное целое или состоит из частей, каждая из которых имеет самостоятельное значение, так же п.2 указанной статьи устанавливает, что произведение, созданное в соавторстве, используется соавторами совместно, если соглашением между ними не предусмотрено иное. Так как право на отзыв неразрывно связано с правом на опубликование произведения, данные решения соавторы также принимают совместно и, в данном случае, механизм реализации напрямую зависит от вида соавторства. Ели соавторство признается раздельным, что у автора есть возможность отозвать свою часть произведения, если договором между сторонами не будет уставлено иное. Если соавторство нераздельное – то реализация права на отзыв возможна лишь при совместном принятии данного решения до его опубликования. Если соавторы приняли решение совместно, то возмещение убытков будет также совместным. Таким образом, при нераздельном соавторстве реализация права на отзыв возможна лишь при совместном принятии данного решения, если согласие не достигнуто, то автор лишается такого права, по аналогии с запретом на отзыв произведений, входящих с ложный объект.

Предпринятый сравнительно-правовой анализ позволяет констатировать, что российское регулирование права на отзыв отличается наибольшей детализацией, но при этом излишней ригидностью в части установленных ограничений. В отличие от индийского и китайского правопорядков, где недостаток прямого законодательного закрепления компенсируется гибкими доктринальными и договорными инструментами, российский подход, исключая из сферы действия права на отзыв служебные произведения и сложные объекты, порождает неоправданную дискриминацию авторов соответствующих результатов интеллектуальной деятельности. Представляется целесообразным исключить из п. 2 ст. 1269 ГК РФ упоминание служебных произведений, поскольку личные неимущественные права автора не должны умаляться фактом создания произведения в рамках трудовых отношений. Изучение индийского опыта процедуры отказа от прав и китайской концепции «права на выход из договора» может способствовать выработке более сбалансированных подходов к защите интересов автора в динамично меняющихся условиях информационного общества.

Таким образом, право на отзыв произведения выступает важнейшим элементом системы моральных прав автора, отражая глубинную связь творца с результатом его интеллектуальной деятельности. Несмотря на общие концептуальные основы, заложенные Бернской конвенцией, национальные модели регулирования обнаруживают существенные различия. Дальнейшее совершенствование российского законодательства должно опираться как на накопленный отечественный правоприменительный опыт, так и на лучшие зарубежные практики, обеспечивая надлежащую защиту личных неимущественных интересов автора.