Правомерность вооруженной самозащиты и основание возмещения вреда третьему лицу требуют самостоятельной гражданско-правовой оценки. Цель исследования – уточнить разграничение крайней необходимости и ответственности владельца источника повышенной опасности в российском и таджикском праве. Применены сравнительно-правовой и формально-юридический методы. Сопоставлены научные положения о необходимом и сопутствующем вреде, пользе от спасения и поведении виновника опасности. Научная новизна состоит в обосновании раздельной квалификации повреждения каждого охраняемого блага и последовательности определения обязанного лица. Предложено устанавливать, было ли сохранение конкретного блага совместимо с устранением угрозы реально доступным способом. Обоснована возможность разных оснований возмещения в одном эпизоде самозащиты. Перенос обязанности на получателя помощи связан с предварительным установлением необходимой потери. Предложено правило судебного толкования, конкретизирующее соотношение безвиновной ответственности владельца оружия и возмещения при крайней необходимости.

The lawfulness of armed self-defence and the grounds for compensating an injured third party require separate civil‑law assessments. The study aims to clarify the distinction between necessity and liability for harm caused by a source of increased danger under Russian and Tajik law. Comparative and formal legal methods are used. Scholarly approaches to necessary and incidental harm, the benefit of rescue and the conduct creating danger are compared. The contribution is a proposed separate legal assessment of damage to each protected interest and a sequence for identifying the liable person. The proposed criterion asks whether the particular interest could have been preserved while eliminating the threat by a realistically available means. A single episode of self-defence may accordingly give rise to different grounds for compensation. Transferring the obligation to the beneficiary of rescue requires prior identification of the necessary loss. Proposed judicial guidance specifies the relationship between the weapon holder’s strict liability and compensation for harm caused in a state of necessity.