Цель настоящей статьи заключается в теоретической квалификации угрозы «harvest now, decrypt later» (HNDL) в качестве самостоятельного юридически значимого сценария угрозы с отложенной реализацией вредоносных последствий, в систематизации право выхпробелов российского регулирования, обусловленных данной угрозой, в правовом осмыслении технических категорий «горизонт криптоустойчивости» и «криптографическая адаптивность» в качестве самостоятельных правовых категорий российского законодатель ства, а также в формулировании предложений по совершенствованию законодательства о персональных данных, критической информационной инфраструктуре и информационной безопасности. В результате исследования установлено, что действующее российское законо дательство содержит пять структурно различных пробелов применительно к угрозе HNDL: темпоральный, квалификационный, пробел моделирования угроз, стандартизационный и доктринально-политический. Сравнительно-правовой анализ показал, что европейская модель реагирования опирается на динамический стандарт технологической состоятельности мерзащиты, американская — на прямые законодательные предписания и техническую стан дартизацию NIST; российская система в части постквантовых угроз лишена сопоставимого нормативного содержания. Предложена системная модель устранения выявленных пробе лов, основанная на категориях горизонта криптоустойчивости и криптографической адаптив ности.

This article aims to provide a theoretical legal qualification of the «harvest now, decrypt later» (HNDL) threat as an independent legally significant threat scenario involving the deferred manifestation of harmful consequences; to systematise the legal gaps in Russian regulation arising from this threat; to conceptualise the technical notions of the «cryptographic resilience hori zon» and «cryptographic adaptability» asdistinct legal categories of Russian law; and to formulate proposals for improving legislation on personal data, critical information infrastructure, and informa tion security. The study establishes that current Russian legislation contains five structurally distinct gaps in relation to the HNDL threat: a temporal gap, a qualification gap, a threat-modelling gap, a standardisation gap, and a doctrinal-policy gap. The comparative legal analysis demonstrates that DOI: 10.24412/2782-3830-2026-7-317-325 № 7 - 2026 318 the European response model relies on a dynamic standard of technological adequacy of protective measures, whereas the American model is based on direct legislative mandates and NIST technical standardisation; by contrast, the Russian system lacks comparable normative content in relation to post-quantum threats. The article proposes a systemic model for eliminating the identified gaps based on the categories of the cryptographic resilience horizon and cryptographic adaptability.