Статья посвящена анализу цифровизации уголовного судопроизводства в России, которая прошла путь от фрагментарной компьютеризации отдельных задач до попы токсистемной трансформации процессуальных форм. Автор характеризует современное со стояние как «лоскутную цифровизацию», тоесть внедрение технологий в отдельные процеду рыбезизменения общей логики процесса. На досудебной стадии рассматриваются элек тронный документооборот, методы киберкриминалистики, программные комплексы «Атлант» и «КСБ», а также единая информационно-телекоммуникационная система органов внутрен них дел. Отмечается, что механизмы подачи электронных заявлений о преступлениях в насто ящее время не соответствуют уголовно-процессуальному законодательству, что требует внесения изменений в статьи 141, 142 и 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. На судебной стадии анализируется применение видеоконференцсвязи и электрон ного судопроизводства, а также проблема автоматической компиляции судебных актов, кото раяснижает качество мотивировочной части и подрывает авторитет судебной власти. Иссле дуются изменения уголовного законодательства 2025–2026 годов, включая ужесточение от ветственности за кибератаки на критическую информационную инфраструктуру по статье 274.1 УК РФ с заменой оценочного понятия вреда на конкретный перечень последствий, введение так называемой «кибер-амнистии», а также новую статью 272.1 УК РФ об обороте персональных данных. Выявляются риски предвзятости алгоритмов искусственного интеллекта на примере американской системы COMPAS, недостаток цифровой компетентности юристов, угрозы неприкосновенности частной жизни. В заключении обосновывается необходимость перехода к стратегическому проектированию цифрового уголовного процесса на основе конституционных принципов состязательности и защиты прав личности.

This article analyzes the digitalization of criminal proceedings in Russia, which hasevolved from fragmented computerization of individual tasks to attempts at systemic transfor mation of procedural forms. The author characterizes the current state as “patchwork digitalization,” that is, the introduction of technologies into individual procedures without changing the overall log ic of the process. At the pre-trial stage, electronic document management, cyberforensics methods, the Atlant and KSBsoftware systems, and the unified information and telecommunications system of internal affairs agencies are being examined. It is noted that the mechanisms for filing electronic crime reports are currently inconsistent with the criminal procedure context, necessitating amend ments to Articles 141, 142, and 144 of the Criminal Procedure Code of the Russian Federation. At the trial stage, the use of videoconferencing and electronic legal proceedings is being analyzed, aswell as the problem of automatic compilation of judicial decisions, which reduces the quality of reasoning and undermines the authority of the judiciary. This article examines changes to criminal legislation for 2025–2026, including increased penalties for cyberattacks on critical information infra structure under Article 274.1 of the Russian Criminal Code, replacing the evaluative concept of harm with a specific list of consequences, the introduction of a so-called “cyber amnesty,” and the newArticle 272.1 of the Russian Criminal Code on the circulation of personal data. The article identifies the risks of bias in artificial intelligence algorithms, using the example of the American COMPAS system, the lack of digital competence among lawyers, and threats to privacy. The article concludes by substantiating the need for a transition to strategic design of digital criminal proceedings based on constitutional principles of adversarial proceedings and the protection of individual rights.