Статья посвящена исследованию правового регулирования контрсанкцион ныхограничений в сфере закупок и сделок, введенных в Российской Федерации в ответ на беспрецедентное санкционное давление со стороны иностранных государств. Авторами проанализированы нормативные правовые акты, принятые в период с марта 2022 года по насто ящее время, включая Постановление Правительства Российской Федерации № 301, Феде ральный закон № 104-ФЗ, а также подзаконные акты, регламентирующие порядок закрытия информации о закупках, особенности проведения закрытых конкурентных процедур и расши рение оснований для включения поставщиков в реестр недобросовестных поставщиков. В работе выявлены системные проблемы правоприменения: отсутствие единого официального перечня подсанкционных заказчиков, неопределенность в вопросе применения постановле ния к дочерним и зависимым обществам, процессуальные ограничения контрольных органов в условиях закрытия информации, недостаточная эффективность механизмов поддержки субъектов малого и среднего предпринимательства. Авторы предлагают выработать единые подходы к определению круга лиц, попадающих под контрсанкционные ограничения, и вносят конкретные предложения по изменению законодательства. Цель — найти баланс между публичными и частными интересами, сохранить конкуренцию и повысить эффективность контроля в сфере закупок. Особое внимание в работе уделено анализу правовых последствий применения так называемого «правила 50 процентов» при определении санкционного статуса дочерних компаний. Это позволило выявить расхождения между позицией Минфина России и подходами иностранных государств. Авторы также предлагают критерии для разграничения закрытых закупок — в зависимости от их предмета и участников. Это, по их мнению, позволит снизить нагрузку на заказчиков, но при этом сохранить необходимый контроль со стороны регулятора. Сформулированные выводы и рекомендации могут быть использованы при под готовке поправок в законодательство о закупках, а также в практике антимонопольных орга нов и судов.

The article examines the legal regulation of counter-sanction restrictions intro duced in the Russian Federation in the sphere of procurement and transactions in response to unprecedented sanctions pressure from foreign states. The authors analyze normative legal acts adopted from March 2022 to the present, including Government Resolution No. 301, Federal Law No. 104-FZ, aswell asbylaws regulating the procedure for closing information on procurements, the specifics of conducting closed competitive procedures, and the expansion of grounds for including suppliers in the register of unscrupulous suppliers. The paper identifies systemic lawenforcement problems: the absence of a unified official list of sanctioned customers, uncertainty regarding the application of the resolution to subsidiaries and dependent companies, procedural limitations of control bodies in conditions of information closure, and insufficient effectiveness of support mech anisms for small and medium-sized enterprises. The authors substantiate the need to develop unified approaches to determining the circle of persons subject to counter-sanction restrictions and propose specific legislative amendments aimed at ensuring a balance of public and private interests, preserving the competitive environment, and increasing the effectiveness of control measures in the procurement sphere. Particular attention in the study is paid to the analysis of the legal consequenc es of applying the “50 percent rule” in determining the sanctioned status of subsidiaries, which made itpossible to identify contradictions between the position of the Ministry of Finance of Russia and the approaches of foreign states. The authors propose criteria for differentiating closed procure ments depending on their subject matter and participants, which, in their opinion, will reduce the administrative burden on customers while simultaneously maintaining the necessary level of control by the regulator. The conclusions and recommendations formulated in the article can be used in preparing amendments to procurement legislation, aswell as in the lawenforcement activities of antimonopoly authorities and courts.