Психолого-тактические особенности реализации поисковых мероприятий при производстве обыска

• АЛХАСТОВА Макка Вахидовнапреподаватель кафедры уголовного права, процесса и национальной безопасности Чеченского государственного университета имени А. А. Кадыроваalkhastovam@gmail.com
• БИЧАЕВА Залина Ибрагимовнаассистент кафедры «Юриспруденция» ФГБОУ ВО «Грозненский государственный нефтяной технический университет им. М.Д. Миллионщикова»Bichaeva.zalina@mail.ru
• ТЕПСУЕВ М.С.доцент кафедры права Чеченского государственного педагогического университета, к.и.н., доцентTepsuev90@mail.ru

В статье подвергнуты критическому анализу аспекты психологического взаимодействия субъектов при производстве обыска. Автор акцентирует внимание на механизмах рефлексивного управления поведением обыскиваемого, верификации невербальных признаков сокрытия искомых объектов. Рассмотрены прикладные вопросы нейтрализации тактического противодействия через призму когнитивной психологии и криминалистики.

Ключевые слова: криминалистическая тактика, следственные действия, обыск, рефлексия, невербальное поведение, сокрытие следов, психологический контакт

.

Т

радиционно обыск рассматривается в криминалистической литературе как одно из наиболее инвазивных и конфликтогенных следственных действий. Его результативность, вопреки распространенному заблуждению, определяется не столько технической оснащенностью поисковой группы, сколько глубиной психолого-тактического анализа ситуации следователем. В современных условиях, характеризующихся интеллектуализацией преступной деятельности, стандартные алгоритмы поиска зачастую пасуют перед подготовленным противодействием.

Актуальность проблемы продиктована тем, что субъект, стремящийся скрыть следы преступления, сегодня использует не только физические, но и психологические барьеры. Следовательно, назрела необходимость пересмотра тактического инструментария в пользу усиления рефлексивного компонента поисковой деятельности.

Психологическая канва обыска неразрывно связана с понятием «информационного конфликта». Как справедливо указывал А. Р. Ратинов, деятельность следователя в данной ситуации носит ярко выраженный имитационный характер: необходимо не просто смотреть, а «мыслить за обыскиваемого» [1, с. 165]. Рефлексия здесь выступает как инструмент моделирования логики сокрытия.

Центральным звеном является выявление «доминанты сокрытия». У лица, знающего о местонахождении тайника, формируется устойчивый очаг возбуждения. Любое перемещение субъекта поиска в пространстве неизбежно интерпретируется обыскиваемым через призму угрозы обнаружения этой доминанты. Данный механизм порождает комплекс психофизиологических реакций, которые практически не поддаются произвольному контролю со стороны неподготовленного человека.

Для демаскировки скрываемых объектов представляется целесообразным применение следующих тактических комбинаций:

1. Метод направленной вербальной стимуляции («Зондирование»). Суть приема заключается в вербализации следователем плана предстоящих перемещений. Произнося фразу: «Приступим к осмотру библиотеки», следователь обязан фиксировать не только мимику, но и вегетативные проявления у обыскиваемого (изменение ритма дыхания, сглатывание слюны, микротремор пальцев).

Е. Е. Центров отмечает, что именно первичная, мгновенная реакция на слово является наиболее информативной, так как «цензура сознания» срабатывает с задержкой в 0,5–1 секунду [2, с. 14].

2. Создание «контролируемых пауз» и изменение темпоритма. Искусственное замедление поиска в зонах, не вызывающих опасений у фигуранта, с последующим резким переходом к подозрительным участкам, создает эффект когнитивного диссонанса.

Обыскиваемый, настроившийся на монотонный процесс, теряет бдительность и не успевает вовремя включить механизмы психологической защиты (например, напускное безразличие).

3. Тактика «двойного захода». Данный прием эксплуатирует феномен «психологической разрядки». После поверхностного осмотра сектора, где предположительно находится тайник, группа переходит в другое помещение. Обыскиваемый испытывает ложное чувство безопасности. Внезапное возвращение следователя к первоначальному объекту провоцирует наиболее острые поведенческие срывы, прямо указывающие на локализацию искомого.

Противодействие со стороны обыскиваемых лиц редко носит хаотичный характер. Чаще всего это выверенная стратегия, включающая создание «ложных целей» или «информационных ловушек». Психологический расчет преступника прост: заставить следователя потратить максимум ресурсов на вскрытие пустого сейфа или пола, чтобы вызвать у него чувство фрустрации и усталости.

Как подчеркивал И. Е. Быховский, профилактика подобных ошибок кроется в «неукоснительной системности» [3, с. 52]. Следователь должен психологически дистанцироваться от промежуточных успехов или неудач, сохраняя установку на сплошное обследование пространства.

Любая эмоциональная вовлеченность (радость от находки или раздражение от неудачи) снижает когнитивный контроль и играет на руку противоборствующей стороне.

Трансформация преступности в сторону киберпространства изменила и «портрет» обыскиваемого. Современный фигурант зачастую убежден в неуязвимости своих данных за счет шифрования или облачного хранения. Психологическая задача следователя здесь — разрушить эту иллюзию в первые секунды контакта. Тактически это реализуется через блокирование возможности дистанционного уничтожения данных.

Момент «цифрового шока», когда субъект осознает, что его устройства изъяты в разблокированном виде, является идеальным для проведения первого допроса «по горячим следам».

Подводя итог, следует констатировать, что психолого-тактическая архитектура обыска — это сложная система рефлексивного взаимодействия. Успех мероприятия детерминирован уме- нием следователя сепарировать случайные реакции от симптоматических, а также способностью сохранять психологическое превосходство в условиях длительного стресса. Перспективным направлением видится дальнейшая интеграция в криминалистику методов профайлинга и анализа микровыражений лица, что позволит поднять тактику поиска на качественно новый уровень.

Список литературы

1. Ратинов А. Р. Судебная психология для следователей. — М.: Юрлитинформ, 2001. — 352 с.
2. Центров Е. Е. Психологические основы обыска и выемки // Вестник Московского университета. Сер. 11. Право. — 2016. — № 4. — С. 12–21.
3. Быховский И. Е. Процессуальные и тактические вопросы обыска. — М.: Юридическая литература, 1961. — 224 с.
4. Баев О. Я. Тактика следственных действий: учебное пособие. — М.: Юрлитинформ, 2013. — 456 с.
5. Белкин Р. С. Курс криминалистики: в 3 т. Т. 3: Криминалистические средства, приемы и рекомендации. — М.: Юристъ, 1997. — 480 с.
6. Шейфер С. А. Следственные действия. Основания, процессуальный порядок и доказательственное значение. — М.: Норма, 2004. — 184 с.
7. Глазырин Ф. В. Психология следственных действий: монография. — Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1983. — 136 с.
8. Образцов В. А. Криминалистика: партитура следственного действия. — М.: Юрлитинформ, 2011. — 312 с.
9. Коновалов С. И. Проблемы теории и практики тактических приемов обыска. — Ростовна-Дону: Феникс, 2018. — 192 с.
10. Криминалистика: учебник для вузов / под ред. Р. С. Белкина. — М.: ГЕОТАР-Медиа, 2021. — 608 с.

Скачать